Их маленькие, но серьезные лица отражали весь груз пережитых страданий. Улыбок не было, только молчание. Дети войны прошли через такое, что многие взрослые проживают в течение всей жизни. Как жилось сиротам Станиславова во времена Первой мировой — в статье на yes-frankivsk.com.ua.
Во время «большой войны» Станиславов переходил из рук в руки: московиты держали город под своим контролем из сентября 1914 по февраль 1915; с марта по июнь 1915; с августа 1916 по июль 1917. Фронт за все это время не отступал за окрестности Станиславова. Галичина была плацдармом для активных боевых действий на протяжении всей войны.
Пастор Теодор Цеклер
В 1891 году в Станиславов приехал из Германии протестантский миссионер Теодор Цеклер. Он был известным проповедником в немецкой общине Станиславова. Благодаря его деятельности, значительного развития претерпело немецкое школьное образование.
Летом 1896 супруги Цеклер купили дом, в котором организовали детский приют «Вифлеем». Он был расположен на Независимости, 87 (в 2010 дом снесли). Сначала его посещали только двенадцать детей, но это количество быстро увеличивалось.
Станиславские сироты, беспризорные и дети без надлежащей опеки находили приют в «Вифлееме». Детский дом был, конечно, не только для немецких детей. Впрочем, евреям и католикам не нравилось религиозное воспитание в духе протестантства. Впоследствии, здание расширили, чтобы вместить пару школьных комнат и почти сотню учеников.
В 1908 на деньги семейства Цеклеров, рядом с «Вифлеемом», построили здание на три этажа. А в 1913 на ул. Цеклера соорудили «Серапту». Здесь работали сестры милосердия, которые занимались сиротами. Со временем, организовали приют для гимназисток школ «Бетанинен» и «Элим». За ними ухаживали дочери пастыря. Здесь работал и садик, и дом престарелых «Сунем».
Сохранить самое дорогое
Активное расширение дела Цеклера оборвала Первая мировая. Пастор разрабатывал план эвакуации своих заведений, то есть работников, детей и даже скота из сельского хозяйства общины. Когда русские оккупировали Тернополь, Цеклер обсудил со сотрудниками, кто должен остаться, а кто эвакуироваться.
В мае 1915 года пастырь вернулся в Станиславов и занялся восстановлением школьной и церковной жизни. Многих учителей мобилизовали, поэтому были открыты курсы для сестер-помощниц.
Чтобы заниматься сиротами и бездомными во время войны, создали Городской комитет. Осенью 1916 в нем призвали заявлять о себе сирот, малообеспеченных и детей только с одним родителем. Также комитет просил бездетных семей брать, по крайней мере на время войны, сирот, которые погибали от голода и холода. Зимой организация объявила о сборе пожертвований на нужды приютов.
Были попытки открыть школы и садики. Госпожа Францишка Ковальчук из Княгинин-Колонии прилагала усилия, чтобы ей позволили открыть малую школу для 8-10-летних в своем доме. Она собиралась обучать двадцать детей.
Выживали, а не жили. Детские дома при коммунистах
Так можно было описать жизнь детей сирот при советах. Хотя боевые действия в Европе закончились в 1918, в Украине еще более двух лет продолжалось противостояние. По его завершении, большевики заставили галичан, как и всех украинцев, жить по-новому. Социальные вопросы тоже решали в революционном стиле.
Большевики обесценили понятие семьи, объявили ее буржуазным пережитком. Власть отмечала, что из-за того, что многие семьи пострадали от боевых действий, семейное воспитание нужно было заменить на социальное. Чтобы этого эффективно достичь, использовали приюты как форму детского коллектива.
Оккупированную землю собирались покрыть детскими домами как «путеводной звездой» для воспитательной пролетарской системы. В интернатах из сирот и беспризорных пытались сделать «новых людей». Их хотели изолировать от бремени войны и пагубного влияния семейной среды. Ведь коммунистическая идея не совпадала с семейной.
Поместить всех было нереально. Поэтому, детские дома отвели только для сирот и беспризорных. Конечно, условия в них требовали лучшего. Не хватало одежды, еды, матрасов, кроватей, столовых принадлежностей. В послевоенные годы в государстве было 1,5 млн сирот и беспризорных.
План воспитать из детей людей коммунистического будущего поломался о послевоенные реалии. Дети выживали, а не жили. Руководство детских домов призывало организовывать мастерские и земельные участки, чтобы можно было обеспечивать дома необходимыми вещами. Детский труд, конечно, не был продуктивным. Воспитанники интернатов были обречены на нищету.
В конце 1922 по Украине сиротами и беспризорными занимались 1511 детдомов, 22 дома для подростков, 33 трудовых колонии, 9 детских городков, 14 трудовых коммун.
Добрые дела Андрея Шептицкого
Хуже всего, когда из-за амбиций политической верхушки, приходится страдать детям. Их лишили детства жестокие реалии Первой мировой. Но хуже всего — лишили родителей. Обездоленные и недолюбленные, они оставались одни против целого мира.
На Галичине часть неравнодушной элиты пыталась помочь станиславским сиротам. Искали ресурсы, средства, организовывали приюты. Жаль только, что эти блага не могли заменить детям родителей.
Крупнейшими меценатами во времена «большой войны» были Андрей Шептицкий и Василий Нагорный. Они поспособствовали тому, что был открыт ряд приютов. Потребность в них стояла особенно остро после войны. В 1915 во Львове создали Украинский комитет, который занимался помощью сиротам войны и тем, кто остался ни с чем.
Детям и вдовам давали жилье, одежду и продукты. Также, поддерживали психологически. В приютах организовали жилье не только для сирот со Львова. Здесь находили спасение дети со всей Галичины, Станиславова, в том числе евреи.
Работа для женщин в приютах была морально тяжелой. Многие сироты были в депрессии. Воспитательницам приходилось иногда годами заниматься с детьми, чтобы вызвать на их лицах, хотя бы, легкую улыбку. Митрополит Шептицкий часто вспоминал ту гнетущую, полную страха войны, атмосферу детских домов.
«Самый дорогой Папочка»
Так называли Андрея Шептицкого дети Галичины. Они часто писали письма митрополиту, о добрых делах которого в Станиславе знали все, даже самые маленькие. В одном из таких посланий маленькая девочка просила Шептицкого приехать к ней. Писала, что слышала от подружек, какого они хорошего Папочку имеют. Думала себе, не захотел бы он взять ее в свой приют, потому что она уже пару лет живет без папы и не имеет никого.
Во Львове была издана книжечка «Небо. Святому Николаю» с письмами 29 сирот, которые писали к Шептицкому. Девочка Любця писала, что боится черта и просит, чтобы Папочка приехал и спрятал ее под плащ. Так черт малышку больше не будет видеть.
Один ребенок почти не умел писать, но вложил в нескольких словах всю свою веру. Рассказывал, что не имеет никого, но очень любит Папочку. Не может ему ничего дать кроме рогалика и пирожного. Сироты отождествляли митрополита со Святым Николаем и верили, что святой через Шептицкого им непременно что-то передаст.
В 1921 митрополит написал письмо Папе Бенедикту 15, к иерархии Канады и США с просьбой о помощи сиротам. Андрей Шептицкий отмечал, что на Галичине, без боевых действий, не обходился ни один год с 1914 по 1920. В то время было 20 тысяч сирот, которые нуждаются в крыше над головой и опеке. И хотя церковь организовала 20 приютов, они не всегда могли обеспечить детей всем необходимым.
Шептицкий в США и Канаде встречался со многими служителями церкви. Некоторые даже имели украинские корни и с радостью помогали митрополиту.
Меценат встречался с высокопоставленными чиновниками США. Те, в свою очередь, обещали отправить на Галичину гуманитарную помощь. И слово сдержали. Сироты несколько раз получали разные вкусные блюда в упаковках с непонятным языком. Дети радовались и, хотя бы на мгновение на их лицах пробегала тень, похожая на улыбку.