Никто не имеет права разглашать, за кого голосует и, какое имя на карточке написано. Голосование является тайным. Отдавать голос по доверенности тоже нельзя, потому что каждый должен делать это лично. На всякий случай, хорошо иметь при себе документ для идентификации личности. Так напоминал о правилах на выборах «Курьер станиславовский», пишет yes-frankivsk.com.ua. Но все ли было так чисто и прозрачно?
Главные конкуренты
17 мая 1907 года избирали послов в Государственный совет. Тогда послом чуть не стал представитель сионистов и бывший раввин Станиславова Маркус Брауде. Главными конкурентами его были действующий посол Павел Ствертня и представитель «польских» евреев Эдмунд Раух. Впрочем, в первом туре избиратели распределили свои голоса между этими кандидатами, почти поровну. У Брауде было 1201 голос, у Ствертни — 1151, у Рауха — 1119.
«Курьер станиславовский» писал, что в 1907 было очень большое количество жителей Станиславова, которые проголосовали на выборах. Избирателей было 4350, а на участки явились 3866. Явка в 89% говорила о том, что к людям была применена сильная агитация, благодаря сторонникам от кандидатов в парламент.
Впрочем, агитация проводилась очень бурно и не совсем «чисто». Например, агитаторов от Ствертни обвиняли в чрезмерной навязчивости во время распространения предвыборных листовок. «Курьер» писал, что такие агитаторы только вредили господину Ствертни. Мол, плохие советники выпускали агитационные листовки с оскорбительным содержанием. Газета считала, что Ствертня точно не поддерживал таких методов борьбы. Другим кандидатам тоже нужно было остерегаться таких «друзей», от которых вреда больше чем помощи.
«Курьер» также возмущался, что регулярно срывались афиши в поддержку Эдмунда Рауха. Его считали компромиссным кандидатом между польским и еврейским электоратом. Он был противником прежде всего Брауде, за которого были местные евреи. Другие плакаты оставались целыми, поэтому можно было сделать вывод, что вредили точно не представители партии, которая была за Рауха. Обвинение падало именно на сионистов.
Впрочем, Маркус Брауде заручался все большей поддержкой общественности и интеллигенции.
Хитрый Павел Ствертня
В сентябре 1906 года в местном польском театре им. Монюшко проходило общественное собрание, на котором с отчетом выступил посол в австро-венгерский парламент, инженер железной дороги, член “Польского круга” Павел Ствертня. Такое выступление можно было расценивать как начало избирательной кампании. Впрочем, без казусов не обошлось.
На встрече присутствовали в основном оппоненты действующего депутата. «Курьер станиславовский» писал, что по каким-то причинам, на собрание не явились в заявленном количестве те, кто так ждал речь Ствертни. Зато в театральном зале были, преимущественно, неместные работники железной дороги, которые принадлежали к социалистам. Также было много сионистов. Эти люди заняли в зале практически все свободные места. Поэтому избирателям, которые пришли позже, негде было сесть. Многие из них просто шли домой.
«Курьер», кстати, тоже представлял интересы Ствертни. Господина Павла избрали в венский парламент еще в 1900 году. Он был представителем именно польской общины Станиславова. Его предвыборная кампания запомнилась тогда удивительным подкупом избирателей.
Два агитатора от Ствертни из Тысменицы подговорили местного продавца, чтобы тот угощал всех избирателей Ствертни выпивкой и колбасой. Конечно, за свой счет. Впрочем, купцу потраченных денег так никто и не вернул. Он обращался в суд. На это Ствертня отвечал, что отношения к происходящему никакого не имеет. Мол, это его агитаторы сами решили совершить такую самодеятельность. Вину политика так никто и не доказал, конечно.
Зейнфельд и Коханский
Предвыборная гонка обещала быть ожесточенной. Главную конкуренцию Ствертни должны были составить Брауде от сионистов, польский социалист М. Зайнфельд и В. Янович от украинцев.
Здесь отличились уже польские социалисты. На одного представителя даже подали в суд. С. Коханский подстрекал общество к неповиновению на одном из собраний. Впрочем, результатом двухчасового слушания этого дела было то, что присяжные все вопросы обвинения отрицали. Так, Коханского оправдали. Интересным был тот факт, что защищал на суде этого господина представитель от социалистов доктор Зайнфельд. Хитрый человек использовал судебный зал для своей предвыборной агитации.
И Зайнфельд, и Коханский присутствовали во время речи Павла Ствертни. Здесь они отличились особой активностью. Зайнфельд обращал внимание на то, что Ствертня никак не борется за реформу избирательного законодательства. Также хотел, чтобы посланник обратился к «Польскому кругу», потому что там закрывают глаза на бесправие и убийства российским правительством. Зайнфельд активно требовал, чтобы дипломатические отношения с Россией были разорваны, а австрийский посол был отозван из Санкт-Петербурга.
Коханский, после речи Ствертни, оказался еще тем «актером». Как писал «Курьер станиславовский», этот социалист отрицал, что на встрече большая часть присутствующих избирателями не были. Это звучало смешно и неуместно, потому что сам Коханский не был избирателем Ствертни. Тем более он был из Княгинина, который в состав города до 1926 года не входил.
В конце концов, Павлу Ствертни, во время принятия решения на основе собрания, вотум доверия так и не утвердили. «Курьер» писал, что из-за присутствия большого количества лиц, которые избирателями не были, решение собрания и было таким скудным. Люди, подавляющим большинством, были из Княгинина и права голоса в Станиславове не могли иметь.
Погоня за голоса между Брауде и Ствертней
Как уже было указано выше, явка на выборах 1907 года была максимальной. Избирателям позволяли голосовать даже в канун и день выборов. Только 244 горожанина не получили права голоса.
Во время голосования нужно было явиться на участок с талоном, где было указано секцию, к которой принадлежал избиратель, и правильно написать его имя с фамилией. Впрочем, только потому, что Маркус Брауде был неправильно указан некоторыми избирателями, он не смог победить в выборах.
Первый тур показал, что явного преимущества не имел ни Ствертня, ни Брауде. Поэтому, в следующую пятницу должен был пройти второй тур. «Курьер» жаловался, что жид-поляк, который обещал вступить в «Польский круг» после победы, проиграл. В следующий тур прошел «враг польскости» Брауде. Так газета «незаметно» призвала избирателей голосовать за Ствертню. Поляки очень переживали о потере мандата, учитывая, что сильная конкуренция была в лице украинского радикала Левка Бачинского, который обогнал социалиста Зейнфельда.
Ствертня таки победил. Впрочем, победа была очень шаткой. Брауде поддерживали не только местные евреи, но и украинцы и социалисты. Ствертню же от «эндеков» поддерживали «польские» евреи и украинцы-москвофилы.
Разрыв после второго тура между Брауде и Ствертней был бы еще меньше, если бы все голоса за сиониста были засчитаны. Еврейский исследователь Л. Штрайт писал, что 82 бюллетеня были недействительны из-за неправильного написания имени Маркуса Брауде. Некоторые даже порвали на участке, в то время, как несколько человек делали попытки проголосовать под чужими фамилиями. Этот случай тоже заставлял задуматься, кто подговорил людей совершить такую хитрость?